рублей за доллар
рублей за евро
долларов за баррель

Современный театр: через аттракционы к сатори

Нового главного режиссёра Новокузнецкого театра драмы Андрея Черпина мы застали между двух чемоданов – едва вернулся из Томска, как уже пора улетать в Москву. Вот такой неусидчивый человек – родом из Костромской области, к своим 37 годам побывал главрежем двух театров, поиграл в телесериалах, снял документальное кино. В пустоватом режиссёрском кабинете было много весеннего солнца и театральный режиссёр Антон Безъязыков, что-то беззвучно изучавший по ноуту. Да ещё, пожалуй, настойчиво ощущалось незримое витание Мельпомены с Талией, старых добрых муз трагедии и комедии, с материнской всёпринимающей ласковостью приглядывающих за нашим НДТ… Настоящая театральная атмосфера!

– Андрей, с 2004 года, когда вы выпустились из театральной академии Санкт-Петербурга, какие спектакли успели поставить?

Были «Король-Олень» по сказке-фьябе Карло Гоцци, «Остров сокровищ» по приключенческой книжке Роберта Льюиса Стивенсона, «Собачье сердце» по повести Михаила Афанасьевича Булгакова, «Ревизор» по пьесе Николая Васильевича Гоголя… Около 20 спектаклей – в основном это театральная классика. А первой после выпуска была гоголевская «Женитьба» – я тогда работал в Вильнюсе. Небольшой, романтичный городок, немного мистический, как из гриммовской истории про Гензель и Гретель, он оказался очень комфортным для творчества. Все люди искусства друг друга знают, много общаются. Ещё и атмосфера в театре такая особая: его построили поляки в 1900 году как оперный, красивое здание в стиле модерн с прекрасной акустикой. Кроме Петербурга и Вильнюса, я работал в Томске, Барнауле, Красноярске, Ачинске, Астрахани, Салехарде, Ярославле, Харькове. Театральная и кино география получилась довольно разнообразная. Театр ещё с Древней Греции всегда копался в «вечных» вопросах: кто мы, зачем мы, почему мы такие. Это идеальное место для удовлетворения моего личного человеческого интереса к игре в самом широком плане, к поиску смысла, к анализу своей и чужих душ. Сейчас у драматургии множество функций – от развлекательной до психотерапевтической. Она использует огромный выбор средств и форм выражения. Правда, доминирует, к сожалению, стилистика сериалов, не предполагающая резких скачков энергии и катарсиса. Мне нравится делать что-то более сложное, даже в чём-то эпатирующее, но не в виде провокаций ради провокаций, а чтобы создать возможность поговорить о важных вещах, но при этом не утомить зал излишней говорильней и рефлексией. Глаз тоже должен за что-то цепляться. Мне ближе всего сочетание стилей, когда разные формы находятся в одном пространстве и времени, и я пытаюсь найти театральный язык, наиболее полно выражающий эпоху, в которой живу.

– Свой первый спектакль в НДТ вы поставили зимой 2014 года. Опыт работы с новокузнецкой труппой, видимо, оказался удачным?

– Действительно уже больше года прошло! Тогда был январь, и в театральной лаборатории сразу несколько разных режиссёров вместе с актёрами драматического театра делали эскизы по произведениям Фёдора Михайловича Достоевского. Я выбрал «Дядюшкин сон», над которым думал уже давно, но решение эскиза пришло в голову в поезде по дороге в Новокузнецк. Хотя мы сделали его буквально за пять дней, получился практически готовый спектакль – с осмысленным художественным решением, костюмами, внятной драматургией. Тут ведь как в изобразительном искусстве – есть эскизы-наброски к картине, а есть эскизы, которые воспринимаются как полноценные картины. Руководство НДТ это увидело и решило взять «Дядюшкин сон» в репертуар театра. Я считаю такой поворот большой удачей для эскизного, лабораторного спектакля. Конечно, я его люблю, я много о нём думал. Наверняка для зрителя не очень понятна моя мысль о том, что «дядюшка», жалкий престарелый князь, которого обманывают, над которым смеются, – это бог Дионис. Да и неважно. Главное – такое размышление помогло мне сделать яркий, эффектный спектакль. Герой – это бог. Умирающий и возрождающийся. Оживляющий тени умерших и приводящий их в мир живых. Опьяняющий. Смешивающий реальное с ирреальным. В общем, естественный мифологический персонаж со всеми атрибутами, присущими древнему богу. Правда, князь Достоевского – бог Дионис не от избытка, а от недостатка. А в остальном он, безусловно, то же божественное существо не от мира сего. На это должно работать и необычное решение материала, которое никогда раньше не использовалось в классических интерпретациях повести Достоевского. Герой не просто всё время находится в мире своих воспоминаний – они оживают, приходят, начинают общаться с князем. Воображаемая и подлинная жизнь «дядюшки» перемешиваются самым фантасмагорическим образом, мир воображения становится реальным, и князь уходит туда, где его не дразнят и не тянут из него деньги, где он вечно свободен и счастлив. Так что печальная история, рассказанная Фёдором Михайловичем, неожиданно заканчивается своего рода хэппи-эндом.

– Вы уже выполнили свои обязательства перед другими театрами и наконец-то полностью посвятите себя обязанностям главрежа НДТ? Чего интересненького можно ожидать новокузнецким зрителям?

– Когда директор Новокузнецкого драматического театра Марина Александровна Евса предложила мне это место в январе 2014-го, у меня уже были определённые планы, и мы пришли к пониманию, что я должен с ними закончить. Это была любопытная работа. В Томске я ставил «Роман с кокаином» по книжке Михаила Агеева – такой был заказ. А в Красноярском театре оперы и балета принял режиссёрское участие в постановке «Лебединого озера», и в итоге у нас получилась новая интерпретация этого известнейшего балетного спектакля, у которой больше общего с оригинальным произведением Чайковского, чем с версией Петипа и Льва Иванова, считающейся классической. Но и как режиссёр Новокузнецкого театра драмы я тоже не бездельничал! Ещё с прошлого года идёт «Дядюшкин сон». В декабре появился «Щелкунчик» – тоже в моей постановке. Режиссёр Кемеровского театра драмы Антон Безъязыков сейчас работает над спектаклем «Трамвай «Желание» по одной из самых известных пьес Теннеси Уильямса. Автор получил за неё Пулитцеровскую премию, а в середине прошлого века режиссёр Элиа Казан снял по ней великий фильм с Марлоном Брандо и Вивьен Ли в главных ролях, и актёрская работа в этом кино была удостоена сразу трёх «Оскаров». Задача, как вы понимаете, перед новокузнецким театром очень серьёзная. Предпремьера спектакля состоится уже в мае, и им же мы откроем новый театральный сезон в сентябре. Причём «Трамвай «Желание» станет ещё и бенефисом актрисы нашего театра Елены Амосовой. Ещё НДТ снова пригласил Петра Шерешевского, создавшего на новокузнецкой сцене блестящего «Иванова», которого мы повезли на «Золотую маску» в Москву. Спектакль ещё не выбран, но скорее всего это будет «Маскарад» Лермонтова.

– А личные режиссёрские планы на новокузнецкой сцене у главрежа Андрея Черпина есть?

– Я тоже продолжу ставить. Планирую весной вплотную работать над «Лесом» Островского. Это будет постановка о том, что высокие слова, которые мы любим произносить, не имеют ничего общего с теми силами, которые направляют нас в жизни. Премьера состоится в будущем ноябре. Уже обдумываю неожиданные сценографические решения. Есть договорённость поработать вместе с молодым театральным художником из Петербурга Анастасией Юдиной. Кроме того, в следующем сезоне появится острая современная драма «Сатори» по произведению Константина Костенко. Она во времени и пространстве современной России, но события и размышления главного героя находятся в тематике «Эдипа» и «Преступления и наказания». Тяжёлые обстоятельства жизни толкают главного героя на преступление, но внезапно на него обрушивается понимание произошедшего – сатори-просветление. Мне всегда были интересны тайные мотивы людского поведения, хотелось понять конфликт, происходящий внутри человека, и театр позволяет всё это вскрыть и показать не только с помощью слова, но и через то, что Эйзенштейн называл аттракционом, где визуальная, эмоциональная и смысловая сторона соединяются. Бесконечного хождения по сцене и длинных монологов в постановке не будет – пьеса должна быть взрывной, спонтанной,  в традициях дзен-буддизма, с которым русский характер имеет немало общего. Надеюсь, после её просмотра останется и ожидаемое послевкусие – сатори!

Записала Инна Ким, фото Владимира Шабанкова

Седьмой день

Добавить комментарий

Редакция портала «Седьмой день» оставляет за собой право удалять комментарии, нарушающие законодательство РФ, в том числе высказывания, содержащие разжигание этнической и религиозной вражды, призывы к насилию, призывы к свержению конституционного строя, оскорбления конкретных лиц или любых групп граждан.

Кроме того, согласно внутренним правилам модерации, редакция «Седьмой день» оставляет за собой право удалять комментарии, которые не удовлетворяют общепринятым нормам морали, преследуют рекламные цели, провоцируют пользователей на неконструктивный диалог, оскорбляют авторов комментируемого материала, а также содержащие ненормативную лексику и любые гиперссылки.

В случае регулярного нарушения пользователем правил модерации его доступ к комментированию может быть заблокирован, а все оставленные им сообщения удалены.

Нажатие кнопки «Отправить» является безоговорочным принятием этих условий.

Защитный код
Обновить

Свежий номер

Архив

<< < Март 2015 > >>
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
            1
2 3 4 5 6 7 8
9 10 11 12 13 14 15
16 17 18 19 20 21 22
23 24 26 27 28 29
30 31