рублей за доллар
рублей за евро
долларов за баррель

«За право называться актрисой»

Представьте каплю краски, падающую в бокал с водой. Видите, каким дивным цветком она распускается всего на миг, перед тем как исчезнуть? Невечная потрясающая естественная красота… Этот образ, мне кажется, близок и достоверен ей. Илоне. И когда говорят «Новокузнецкий драматический театр»,  имя – Илона Литвиненко  вспыхивает в ряду ассоциаций одним из первых.

– Как вы воспринимаете свою славу? Ощущаете ли её?

– У меня есть поклонники. Они пишут в соцсетях, обращаются со словами благодарности и поддержки, но сказать, что это как-то влияет на формирование меня как актрисы и личности, не могу. Конечно, момент узнавания публикой приятен, и, конечно, это одна из составляющих нашей профессии. Когда узнают в магазине, на улице, просят дать автограф – значит, приходят в театр, следят за репертуаром… Это приятно. Но в то же время к этому моменту лично я не бываю готова, чувствую даже немножечко неловкость…

Какое-то количество поклонников переходят в иное качество, в приятельские отношения, общение, встречи… Я к славе специально не стремлюсь, просто это одна из составляющих профессии.

– Есть такое выражение с негативной коннотацией: «работать на публику». Актер работает на публику в буквальном смысле. Можно сказать, его работодатель – не администрация театра, а зритель. Как вам начальство?

– Прекрасно. Когда я только начинала служить в театре, для меня конечный продукт и выход на зрителя – это была основа основ, главная составляющая меня как актрисы. Артист, утверждающий, что пришел в эту профессию не для того, чтобы выходить на сцену и получать удовольствие от взаимного энергетического обмена с аудиторией – кривит душой. За двадцать лет на сцене немножечко меняется отношение к профессии изнутри. В самом начале только и думала о выходе в премьеру и встрече со зрителем. И вот спустя годы начала обожать именно творческий процесс, процесс репетиций. Конечный продукт по-прежнему – очень важная составляющая, но я стала трепетнее относиться к тому, что ему предшествует. Двухмесячные репетиции до премьеры – это моё время, мои силы, моя психофизика, мои бессонные ночи, когда я учу текст… Изменилось даже качество волнения. Если раньше это был такой мандраж-мандраж, когда всю колотит, то сейчас – это «легкий ментол в животе».

– Когда спрашивают артиста о карьере, традиционно говорят о самых больших удачах, значимых ролях, достижениях. Я спрошу от противного: самая большая неудача за эти двадцать лет на сцене?

– Не могу назвать неудачей ни одну из своих работ. Ни одного выхода на сцену. Потому что любой материал – это мой опыт, мой путь. И делить их на удачи и неудачи я не имею права даже внутри, даже сама для себя. Есть режиссеры и материал, которые я особенно люблю и ценю, хотя у меня не так много режиссеров в этом списке… Это Олег Пермяков, мой первый режиссер, благодаря ему стала актрисой, сыграла огромное количество ролей мирового репертуара. Он почувствовал мою природу, вывел на сцену и развивал мой природный материал. Я безумно люблю Петра Шерешевского, это такой зрелый опыт, соединившийся с его знанием, умением… Мне очень комфортно с ним работать. Сейчас в этот список вошел Михаил Лебедев. Молодой режиссер, с очень интересными идеями. Хотела бы поработать с Огаревым – это песня. Мечта актерская.

Мне интересно работать с режиссерами, у которых есть мир, и они могут им со мной поделиться. Люблю новизну и развитие.

Есть и такие режиссеры, я не буду их называть… Те, кто учат ремеслу. Они меня не вскрывают как актрису, не предлагают открытий. Становится немножко неинтересно. А наша профессия уникальна тем, что ты в ней можешь расти и развиваться бесконечно. Но в тоже время что-то нужно и закреплять, и проверять, даже если ты это уже делал. Так кондитер может создавать шедевры, но плюшки печет каждый день. Где-то есть материал, в котором ты подтверждаешь свою принадлежность к профессии, а где-то, забывая о времени и проблемах, отдаешься творчеству, летишь, работаешь на износ, получая огромное удовольствие, если что-то получается.

Свою принадлежность к профессии надо доказывать каждый день. Так говорил мой учитель, Вячеслав Иванович Анисимов, ученик Товстоногова. Актер – зависимая от режиссера профессия. Может так получиться, что ты выпадешь на какое-то время, не будешь востребован, а надо быть в каждую минуту готовым к тому, что позовут обратно.

– Гигантское напряжение…

– Да, очень сложно, если ты не в обойме, не каждый справится. Если ты в себе уверен, если тебе кажется что это просто какая-то несправедливая ситуация, появится и возможность себя проявить… Самостоятельно работай, говори режиссеру: «Я бы очень хотела… Может, вы меня посмотрите в таком же материале на будущее». Надо о себе заявлять! Если бы я, слетев со второго курса в театральном институте, не зашла бы в аудиторию и не попросила экзаменаторов посмотреть меня еще раз… А мне дали эту возможность и зачислили! Но если бы я, увидев, что меня нет в списках, развернулась и ушла, не стало бы актрисы Илоны Литвиненко.

Зачастую изводя себя непомерными нагрузками, нужно постоянно работать, постоянно доказывать, что ты имеешь право быть в этой профессии.

Бытует распространенное мнение, что актер – профессия женская. Согласны?

– Да, наверное, женская. У женщины более богатая природа, она мать, она сохраняет жизнь. И, конечно, в актерской профессии то же самое: нужно уметь реализовать себя, при этом сохранить свой быт, у нас ведь есть дети, а еще мы должны думать и о родителях… Этот мир нужно сохранить, удержать, не потеряв себя в профессии. Нужно почувствовать режиссера, партнера. Внимательно относиться к цехам, к каждому человеку, потому что спектакль – детище коллективное. Женщина вообще, мне кажется, более восприимчива от природы, наделена широчайшей палитрой переживаний…

– Веллер писал, помнится: «Была в Ленинграде юная талантливая красавица Татьяна Иванова, и взял ее в великий БДТ великий Товстоногов прямо после института, и ввел сразу в первый состав, дал заглавную роль в новом спектакле, и был успех и овации, и три матерые актрисы сказали: «Щелк!» – и не стало великой актрисы Ивановой, а стало много водки». Могла бы подобная история произойти в нашем театре?

– Думаю, нет. Поменялся театр. Мы еще захватили эпоху, когда актеры ушедшего поколения рассказывали, мол, вот был главный режиссер, а у него – жена-актриса, и ей отдавались лучшие роли, а другие актрисы плакали по углам. Сейчас всё иначе. Очень большое значение имеет голос зрителя. Звонят в кассу, интересуются, кто занят в том или ином спектакле. Выбор зрителя во многом и определяет успешность актера. Если тебя ждёт публика, адекватное руководство это учитывает. Таким образом, подводные течения перестают быть самым главным в театре. «Террариум единомышленников» – да, внутренние склоки – да, вопросы «почему ее или его назначили» – они всегда были, есть и будут. Но такого, чтобы человека сожрали за индивидуальность и талант – нет, не те времена, не те механизмы. Всё равно сейчас в большей степени продюсерский театр. К тому же сейчас это автономное учреждение культуры, ему необходимо зарабатывать деньги по многим пунктам, и поэтому руководство стремится к тому, чтобы труппа была крепкой, рабочей, а зрительский отклик учитывался. Может случиться так, что какой-то артист не выходит на сцену, но это связано, думаю, с его нежеланием доказать, что он может «быть в обойме». То есть, это проблемы не интриг, а конкретного человека. У меня в жизни не было периода нереализованности, я, как та жадная чайка, хочу всё и много. И это нормальное желание. Да, случалось, что какую-то интересную роль отдавали не мне, но у меня всегда был другой материал, с которым я работала.

– Вы всегда были востребованной актрисой – это факт, но не всегда желания актера совпадают с возможностями режиссера. Были и есть ли роли, которые вы не сыграли и уже вряд ли сыграете?

– Конечно. Я понимаю, сейчас у меня переходный период, когда я уже не могу играть юных героинь, есть же паспортные данные, скажем так…Но и бабушек играть еще рановато. Я как раз в этом переходе. И жду, когда он завершится. Это другой материал, другие возможности. И, конечно, есть роли, к которым я уже не вернусь. Я безумно хотела сыграть Настасью Филипповну в «Идиоте». Может, в ближайшие несколько лет меня еще зацепит Достоевский... Но через пять лет точно уже не смогу. Если это не будет решением режиссера, конечно. В современном театре, в принципе, возможно и шестидесятилетнюю Джульетту увидеть.

– Вы актриса разных амплуа… Какие жанры, какие типажи вами не освоены?

–Я больше играла романтических героинь. Но при этом люблю комедийный жанр, и мне так мало доставалось комедийных ролей! Жду, что кто-то вскроет эту жилу... Сейчас в «Носе», например, я исполняю несколько женских персонажей, и моей душе в этих образах уютно и хорошо.

– Но помимо того, что вы актриса, вы еще и педагог в «Детской театральной мастерской»…

– Для меня очень важно сохранить природу каждого ребенка. Но сначала ее нужно выявить, открыть. А потом помочь сохранить. Не лепить на детей ярлыки, а дать им понять собственную уникальность. Сделать так, чтобы ребенок показывал миру свою природу. Не замаскировывал ее масками и комплексами. Это самое ценное, что может быть. Мы много работали с ребятишками, которые поступали в театральные вузы, и там тоже главное – знать, про что ты говоришь, и рассказать, как ты это понимаешь.

– Насколько я могу составить мнение, профессия актера в нашем городе – не самый безоблачный в материальном смысле вариант. Но, наверное, у вас были и предложения со стороны телевидения…

– У Андрея (супруг Илоны Литвиненко – актер Андрей Ковзель, – прим. ред.) – да, он вел «Утро» на «Апексе», а у меня – нет. Был какой-то период, предлагали нам программу вдвоем придумать, сделать, но потом разразился кризис, и так это не реализовалось. Каждый человек хочет зарабатывать больше, это нормально. Наше окружение друзей и знакомых много лет просило нас, мол, давайте, учите нас правильно говорить, позанимайтесь индивидуально, подготовьте к публичным выступлениям… И мы три года с Андреем ведем «Ковзель-курсы» для взрослых. Мы рассказываем о «трех китах» речи: дыхании, резонаторе, мимике. Проводим тренинги на дыхание, на речь. Делаем этюды. И есть люди, которые пришли три года назад и до сих пор ходят.

– Наблюдая за вами, я увидела в вас человека, который умеет держать лицо, прекрасно чувствует реакцию окружающих и отлично в этой сфере ориентируется…

– Я люблю знать себе цену. И я люблю себя такой, какая я есть. Начисто лишена переживаний, что «у меня бегут года». Я стала матерью младшего ребенка в тридцать шесть, и меня еще психологически откинуло назад. Может быть, такое самоощущение заложили во мне родители, особенно отец, рядом с которым я всегда была королевой. Я не люблю макияж, и чувствую себя привлекательной женщиной.

– У меня сложилось впечатление, что вы человек очень сильный.

– Даже сильная женщина имеет свои слабости. Я, допустим, переживаю, что дети меня как маму не дополучают. Не могу сказать, что я – сильная женщина. Скорее, упёртая. Я и через десять лет буду преодолевать какие-то препятствия и преграды и бороться за право называться актрисой.

Беседовала Евгения Истомина

Седьмой день

Добавить комментарий

Редакция портала «Седьмой день» оставляет за собой право удалять комментарии, нарушающие законодательство РФ, в том числе высказывания, содержащие разжигание этнической и религиозной вражды, призывы к насилию, призывы к свержению конституционного строя, оскорбления конкретных лиц или любых групп граждан.

Кроме того, согласно внутренним правилам модерации, редакция «Седьмой день» оставляет за собой право удалять комментарии, которые не удовлетворяют общепринятым нормам морали, преследуют рекламные цели, провоцируют пользователей на неконструктивный диалог, оскорбляют авторов комментируемого материала, а также содержащие ненормативную лексику и любые гиперссылки.

В случае регулярного нарушения пользователем правил модерации его доступ к комментированию может быть заблокирован, а все оставленные им сообщения удалены.

Нажатие кнопки «Отправить» является безоговорочным принятием этих условий.

Защитный код
Обновить

Свежий номер

Архив

<< < Окт 2017 > >>
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
            1
2 3 4 5 6 7 8
9 10 11 12 13 14 15
17 18 19 20 21 22
23 24 25 26 27 28 29
30 31